НАВИГАЦИЯ ПО САЙТУ

Новые статьи раздела "Интересное"
 · Типы гробниц Долины Цариц в фиванском некрополе ( 8.7.18)
 · Страна Куш ( 24.5.18)
 · Египетские саркофаги от Раннего до конца Среднего царства ( 26.1.18)
 · ПОГРЕБАЛЬНЫЕ ПАПИРУСЫ - КНИГИ ТОГО СВЕТА ( 26.1.18)

Новые статьи раздела "Открытия"
 · РАСКОПКИ В ЕГИПТЕ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА: ПО СЛЕДАМ СКИАПАРЕЛЛИ ( 8.7.18)
 · Открытие и начало изучения фиванской Долины Цариц ( 28.5.18)
 · Происхождение названия Долины Цариц в Фивах ( 28.5.18)
 · ЭРНЕСТО СКИАПАРЕЛЛИ И ИТАЛЬЯНСКАЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ МИССИЯ В ДОЛИНЕ ЦАРИЦ ( 19.4.18)

Статистика

14.8.15 17:29 | СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 2
Раздел: Общественное устройство и суды | Автор: admin | Рейтинг: 0.00 (0) Оценить | Хитов 573
Помимо гробниц, находившихся во владении работников, но принадлежавших царю, имелись и частнособственные гробницы. Одна такая гробница упоминается в перечне недвижимого имущества женщины tʾ-sʾkt, составленном во времена правления XX династии. Подобные гробницы должны были находиться на купленном или «ничейном» участке земли и должны были сооружаться в нерабочее время. Гробниц одиноких женщин должно было быть немало в некрополе, если уж о них считали нужным упоминать составители текстов общего характера .

Из целого ряда пометок в дневниках некрополя видно, что мастера сооружали свои гробницы в рабочие дни, но при этом они считались свободными от работы. Работа по строительству такой гробницы на протяжении правлений XIX—XX династий была уважительной причиной для неявки на работу над гробницей царя. Таким образом, над своей гробницей мастера ( = члены подразделения) трудились в то время, которое принадлежало царю, а не в выходные или праздничные дни. Именно по этой причине, а также потому, что гробница находилась на царской земле, и место для нее отводил управитель хозяйства столицы, а гробница, сооруженная самим мастером, становилась царской собственностью, а мастер — лишь ее владельцем.
Не следует, однако, думать, что мастер вообще мог распоряжаться рабочим временем по своему усмотрению. В доносе высшему сановнику на начальника подразделения Панеба содержится и «обвинение относительно того, что он велел людям подразделения высекать камень в разгар работ (над гробницей фараона) Сетойа (Ⅱ) Мернептаха. Они тащили его (камень) в его (Панеба) гробницу ежедневно».
Таким образом, преступным было, во-первых, то, что работа над личной гробницей производилась тогда, когда следовало делать гробницу царя, во-вторых, то, что гробницу в принудительном порядке сооружали мастера, а не сам владелец. Добровольная помощь родных и близких при сооружении гробницы работника допускалась. Но в принципе, очевидно, над ней можно было трудиться только не в ущерб царской гробнице и только самому будущему владельцу и пользователю.

В вину Панебу было поставлено и то, что «он унес орудия - ḫlw фараона, ж.н.з., (и) топор - ḳrḏn, чтобы работать в своей гробнице», причем один большой резец Панеб не только унес, но и сломал в своей гробнице 1. Стоило пройти слуху, что в доме одного из работников найдены медные орудия, которые хранил и не успел сдать управителю «белого дома» фараона его дед, как сначала арестовали владельца дома, а затем взяли в залог 12 его «рабов», чтобы гарантировать возврат этих орудий 2. Очевидно, при сооружении построек, входивших в состав совокупного должностного владения, запрещалось использовать орудия труда, принадлежавшие царю, и даже просто уносить их домой 3. Значит, гробница и, видимо, все другие постройки становились царской собственностью не потому, что их сооружали посредством царских орудий труда, а именно потому, что их строили в рабочее время, когда мастер был обязан работать на царя.

Постройка - ḫnw.

Как можно было увидеть из перечня частей совокупного должностного владения 4, постройка - ḫnw не тождественна хижине, гробнице - mʿhʿt 5 и дому - рr 6. Переводы слова ḫnw, к сожалению, не обоснованы 7.

Пожалуй, наиболее приемлемо толкование Як. Й. Янссена, критически рассмотревшего все прежние попытки объяснить значение этого слова и предложившего считать ḫnw чем-то вроде места отдыха 8.

Известно, что в ḫnw, находившемся возле хижины, могло находиться некое имущество 9, что египтянин мог подолгу располагаться не в жилище, а в ḫnw, и в этот благоприятный для воров момент его отсутствия дом и хижину могли обокрасть 10, что кладовую божества могли перепутать с ḫnw  работника некрополя 11. Во всяком случае, это была какая-то постройка, которую мастера тоже имели право делать в рабочее время 12.

Как видно из другого обращения к оракулу, в 4 году правления (Рамесеса IV) не допускалось, чтобы несколько лиц совместно пользовались отдельными частями совокупного должностного владения (тоже, вероятно, во избежание путаницы при отправлении обязанностей, налагаемых владением). Так например, член подразделения  ḳnnʾ , сын Сиуто 13, нашел разрушенный ḫnw члена подразделения Пахара, жившего задолго до него, и заново отстроил этот ḫnw для себя.

После этого пришел член подразделения Мисахме, сын mnnʾ и заявил, что «бог» (видимо, оракул) приказал ему поделить с ḳnnʾ  этот ḫnw 14, несмотря на то, что Мисахме не строил ḫnw вместе с ḳnnʾ  Тогда ḳnnʾ  сам обратился к оракулу и тот (через посредство писца [Хар]шире) ответил: «Дай ḫnw для ḳnnʾ его владельца (nb), назад. Он (ḫnw) — в качестве sḥnw фараона, ж. [н.з.], (и пусть) никакой человек не сотворит дележа его» 15.

Процедура оракула и на сей раз была проведена в присутствии носильщиков оракула, руководителей подразделения и всего состава подразделения в целом16.

 Очевидно, процедура введения в право владения требовала присутствия всего штата службы, в состав которой вводился владелец. Представление о том, что такое владение, уже достаточно оформилось в сознании египтян, поскольку и ḳnnʾи Мисахме понимали, что недостаточно затратить труд, чтобы ḫnw стал владением работника, не говоря уж о собственности. Нужно было пройти через авторизацию царем или царским оракулом права на владение.





Мисахме попытался опередить ḳnnʾно последний прекрасно понимал, чего ему не хватает для законного пользования ḫnw, и поспешил оформить свое право на владение юридически. В том же случае, если бы ḫnw представлял собою собственность ḳnnʾ ему достаточно было бы прогнать Мисахме, но оракул не разрешает дележа именно (и только) потому, что ḫnw «в качестве sḥnw фараона», который не подлежит совместному пользованию.

Наряду с ḫnww, составлявшими часть совокупного неделимого должностного владения, существовали и такие, которые представляли собою объект частной собственности. Их, например, передавали по наследству женщинам 17.

В ряде случаев видно, что ḫnw отца переходил к сыну 18. В одном документе от 8 года правления (Рамесеса Ⅲ) до нас дошла запись обмера постройки - ḫnw, находившейся в частной собственности19,20. Она занимала примерно 17 м2.

Кладовая - wḏ
21.

Многочисленные документы -подтверждают существование царских складов и «кладовых фараона» 22, которые строили сами работники некрополя в рабочее время. В них хранились светильники для работ в тоннеле гробницы 23, орудия труда 24, краски, гипс, древесный уголь, древесина, циновки, продукты питания.

Как уже было показано выше на примере передачи «человеком подразделения» Харемуйем дочери своей собственной (неотчуждаемой) кладовой 25, кладовые могли находиться и в собственности «мастеров».

Они были немалыми, поскольку в них можно было жить; wḏ ʾw могли состоять порою из двух помещений, как это видно из раздела кладовой работника Небаменте для его дочерей Эсе и ḥnwt-ḏww 26.

Стремясь обеспечить одиноких женщин, родные оставляли по завещанию или дарили даже по три кладовых, находившихся в разных вестах западной части столицы, в том числе и вне некрополя 27. Такие кладовые работники сооружали для себя в нерабочее время 28, в них хранили продукты питания, письменные принадлежности, одежду, инструменты и прочее.

Существовал и третий вид кладовых — такие, которые передавались, во владение и пользование работникам. Пока неясно, почему эти кладовые не были включены в состав совокупного должностного владения (может быть, их давали не всем работникам, а только тем, кто по роду работы в них нуждался), но их несомненная принадлежность к царской собственности со всей очевидностью обнаруживается по меньшей мере в трех случаях.

В одном случае член подразделения Аменемопе в присутствии писца царского некрополя (руководителя службы), двух заместителей начальников подразделения, надзирателя и «хранителя» царского некрополя в 17 году правления Рамесеса Ⅲ передал кладовую члену подразделения Нефрхи.

При этом Нефрхи поклялся, что он получил «этот участок земли (jwtn)». В том же случае, если бы Нефрхи заявил в будущем, что он не получал его (участок), то его следовало избить, а кладовую у него отнять и передать другому человеку.

Чрезвычайно важна та часть клятвы, в которой Нефрхи подтверждает получение не постройки, а участка земли.
Этот документ указывает, что наиболее существенной стороной должностного владения, определявшей,, в частности, его принадлежность к царской собственности, было то, что оно располагалось на царской земле.

Постройку же возводили в рабочее время сами мастера, поэтому ее упоминание было, конечно, существенно, но все же имело второстепенное значение.

В 13 году правления Рамесеса III член подразделения Пентуэре заручился положительным решением некоей комиссии, состоявшей из начальника подразделения, писца и двух мастеров, о передаче ему права на пользование одной кладовой.

Право на пользование этой кладовой вообще- то принадлежало мастеру kl, но kl позволил Хай пользоваться кладовой.
Однако такого решения для юридически обоснованного пользования было недостаточно (никакая комиссия не могла располагать всеми правами собственника — царя), и Пентуэре обратился к оракулу Аменхотепа Ⅰ, прося у него исключительного права «входить (в кладовую) и выходить (из нее)», т. е. авторизации разрешения на владение и отстранение прежнего пользователя, но получил решительный отказ.

Вот этот текст: «Год правления 13, 24.III. šmw. Раздел кладовой kl, чтобы дать мне право на пользование человека подразделения Хай, (произведенный комиссией в составе:)начальник подразделения Нехтеммут, писец Уеннуфе, Хоне (и) рисовальщик Хор. То, что сказано начальником подразделения Нехтеммут:

„Смотри, это право (mtm)... [было yI kl прежде. Он (kl) дал его (право) человеку подразделения Хай, сыну Хойа...“. Год правления 14, 19.1. šmw. Воззвал человек подразделения Пентуэре к Аменхотепу в день этот, говоря: „Мой господин добрый! Я не дам Хайу права (mtm) входить (и) выходить с этого участка земли (jwtn)“. (Так) сказал он. И бог (Аменхотеп) двинулся назад (т. е. отказал); он стоял, (сдвинувшись назад). Повторил (он) запрос к нему: „Дать ли ему (Хайу) право (mtm) входить (и) выходить?  Бог весьма согласился дважды».

Прежде всего, следует обратить внимание на то, что и в данном случае участок земли является наиболее важной частью должностного владения.

Из высказывания Нехтеммута следует, что основанием для решения дать Пентуэре право пользования кладовой была ее ненадобность владельцу kl, поскольку последний передал право на пользование кладовой Хайу.

При всем том постоянно нужно иметь в виду, что, несмотря на все передачи права на пользование кладовой, kl неизменно остается ее законным владельцем, как видно из заголовка документа, и на право владения kl в принципе никто не покушается.

Руководители, службы некрополя пытаются присвоить «комиссии» (а на деле, конечно, себе) право распоряжения теми частями должностного совокупного владения, которыми сам владелец не пользуется.

Однако, как мы видим, право распоряжения было неотделимо от права владения. Хай, получивший от kl право на пользование кладовой, сохранил его за собой, несмотря на то, что за спиной Пентуэре стояла администрация.

Этот случай показывает, что право владения было устойчивым и хорошо охранялось не в интересах владельцев, конечно, а в интересах самого же государства для того, чтобы исключить возможность возникновения слишком запутанных отношений, при которых было бы не ясно, кто именно должен нести обязанности, налагаемые владением. Оказывается, право владения и распоряжения было неподвластным даже администрации и, если перед нами суд, - то его решениям (речь идет о «комиссии») .

Зато владелец мог распоряжаться совокупным должностным владением неограниченно - в пределах прав владельца, а не собственника, конечно.

Другой текст, освещающий подобный же случай и относящийся к тому же времени, составлен несколько запутанно, и содержание его становится совершенно ясным только благодаря тому, что из других источников хорошо известна генеалогия семьи, о которой говорится в документе:

«Год правления 11,6.111. ʾḫt. Пришел писец гробницы Пентуэре. Человек подразделения Анхурха (2-й) сказал ему: „Что до меня, [то была] эта кладовая (первоначально) у человека (подразделения)   Анхурха (1-го) моего деда. Но kl, сын его, получил ее для себя. (Когда) kl умер, (то) Хайг брат его, получил ее для себя. (А когда) назначили Хайа начальником подразделения, (то) Каха, брат его, получил ее для себя. (Когда) Каха умер, (то) Ха (2-й), сын его (т. е. сын Хайа, но не Каха), получил ее для себя. (Однако,) увели Ха (2-го из службы некрополя) на берег. (И тогда) он (Ха 2-й) сдал ее начальнику подразделения Хайу, ее (былому) владельцу - nb. (И) никакой человек не оспаривал (в суде) (mdt) ее. (Но вот,) смотри, человек [подразделения] Аменемопе пришел, говоря: ,,Я поделю ее с тобою (т. е. с Хайем)". Мирэ, отец его (Аменемопе), ответил (на запрос о правах Аменемопе), сказав перед судом-ḳnbt, следующее: „Неправы речи [его]_ _ _ _._ _ _ принадлежала Хайу, начальнику подразделения, эта кладовая принадлежала Ха (1-му), от[цу] его“. Он сделал_ _ _ _ _.
Он (Аменемопе) встал перед царем Аменхотепом (= оракулом). И в. 9.III. ʾḫt он воззвал к царю Аменхотепу, сказав ему: „[Мой господин добрый]_ _ _ _ _поделить ее (кладовую)?“. Бог сдвинулся назад (т. е. отказал). (Тогда) Нефрхотеп, брат его,_ _ _ _. Он передал?] сар[ай] – jsbt _ _ _ _тоже. Вот, он (Аменемопе) сказал тебе (Пентуэре?): _ _ _ _ я в эту кладовую". Бог    Аменемопе _ _ _ _ _ велел, (чтобы) сотворил он (клятву): „Да живу (я) для владыки", сказав: „Не заявлю я (в суде) об этой [кладовой! (и) не заговорит (в суде) любой человек из близких моих о ней". (Когда) писец Пентуэре пришел выдать зерновой паек, (то) сказал я (Анхурха 2-й) ему: „    моего от[ца]    ". Он воззвал._ _ _ _. Он сказал  _ _ _ : „ _ _ _ _ ; брат_ _ _" {Далее следует перечень людей, присутствующих при совершении оракула)».

Из контекста ясно, что кладовой мог владеть только рядовой работник. Анхурха 1-й, будущий начальник подразделения, владел ею только как «человек подразделения», т. е. рядовой работник. Переход кладовой от Хайа к Анхурха 2-му прямо связан в тексте с назначением Хайа начальником подразделения.

 Владеть кладовой мог только человек, который нес обязанности, налагаемые в связи с получением владения. Поэтому Анхурха 2-й и вернул отцу (как начальнику подразделения) кладовую, уходя из некрополя отбывать повинность. Но сам по себе начальник подразделения не имел права ею владеть. Вот почему член подразделения Аменемопе, зная, что этой кладовой семья Хайя пользуется больше века, все-таки предъявляет на нее претензию (видимо,Аменемопе не имел нужной ему по роду службы кладовой).

Но Хайу, как начальнику подразделения, входившему по должности в состав суда-ḳnbt и в состав суда оракула, несложно было добиться выгодного для него решения и устроить своим родным введение в мастера.

Как этот текст, так и многие другие обращения к оракулам показывают, что работники и руководители службы стремились превратить свои должностные владения, которыми члены семьи владели веками, в безусловное неотчуждаемое владение, т. е. в собственность.

Как правило, такие- попытки пресекаются. Охрана царской собственности в службе некрополя была жесткой, но руководители имели возможность добиться у оракула если не признания их прав собственников, то хотя бы авторизации права владения, не связанного с несением определенных обязанностей.

Как заметил О. Д. Берлев, в принципе должность была неотчуждаемой от связанного с нею должностного владения. В данном случае, как мы видим, во времена Нового царства положение изменилось.

Скот.

На работах в Долине царей использовались быки, но не ясно, при выполнении каких именно операций. В одном из дневников службы царского некрополя под одним из рабочих дней (4.III. šmw 25 года правления Рамесеса III) отмечена доставка корма для такого быка.

В ряде случаев совсем не ясно, чьей собственностью является то или иное животное, или же речь идет о скоте или мясе, поставляемом в поселок в составе довольствия работников. Оставим такие случаи пока в стороне.

До нас дошел ряд прямых свидетельств о том, что мастера располагали скотом. Археологическое обследование поселка и прилегающей к нему местности позволило обнаружить следы содержания крупного рогатого скота и ослов при домах работников некрополя. Стойла для быков и ослов прямо упоминаются в текстах. Нам известен целый ряд актов о купле-продаже крупного рогатого скота, причем скот в таких случаях не просто переходит от одного работника к другому внутри поселка, но и продается за его пределы или приобретается за его пределами внутри столицы. Иначе говоря, работники некрополя участвовали в общей системе товарных отношений в столице, а не были экономически изолированы внутри некрополя.

Известны случаи сдачи мастерами быков в наем внутри поселка и вне его, причем хозяин должен был обеспечить или оплатить фураж для скота, но редкость таких случаев указывает на то, что крупный рогатый скот в поселке почти не использовался как тягловый, а выращивался как мясо-молочный.

Среди работников бытовала пословица: «Когда есть работа — приводят осла, (а когда) есть еда — приводят быка», применявшаяся в иносказательном смысле.

В доносе на начальника подразделения Панеба в вину ему ставили то, что он заставил «человека подразделения» Небнуфе, сына Сиуто, на протяжении двух месяцев пасти его быка. Из других текстов видно, что Небнуфе откармливал этого быка гораздо дольше - в 1 и 2 годах правления Сиптаха.

Наконец, сам уровень распоряжения скотом указывает на то, что скот работника находился в его собственности.

Один неясный текст упоминает как будто служебный (т. е. царский) мелкий скот — jʾwt (козерогов - ʿnḫwt, собак и свиней). Во всех остальных случаях козероги и свиньи составляют предмет, несомненно, частнособственнического товарообмена.

Но основная масса дошедших до нас сведений посвящена найму, ссуде и купле-продаже ослов - главной тягловой силы в горных условиях некрополя — и связанным с ними судебным процессам и сделкам. Б.Меню допускает возможность того, что ослы были царской собственностью и предоставлялись мастерам только в пользование, видимо, так же, как и орудия труда.

В действительности же акты, фиксирующие передачу ослов за оплату, в среде работников службы некрополя не могут рассматриваться как уступка прав владения, пользования и распоряжения за плату, потому что размеры платы оказываются равными величине цены осла при его свободной купле-продаже вне некрополя.

Противореча собственному предположению, Б.Меню далее утверждает, что при длительной аренде осла, когда цена аренды достигала цены животного, оно переходило в собственность арендатора .

Но ведь для этого арендодатель должен быть собственником арендуемого животного, иначе отчуждение животного в пользу арендатора было бы невозможным, потому что плату за аренду получал арендодатель, а не собственник, если бы собственником был царь.

Предположение о переходе арендуемой движимости в собственность после оплаты долгосрочной (а именно трехмесячной) аренды противоречит данным тех источников, которые оказались вне поля зрения Б.Меню. 3.Ⅲ  ʾht первого года правления (Рамесеса IV) некий рисовальщик mnnʾ  дал водоносу Райа в наем осла на 4 месяца и отнял его у арендатора через 3 месяца 12 дней (15.1. prt), не дождавшись конца срока аренды.

 Подобный же случай отмечен и в тексте 13 года царствования Рамесеса III; осел пробыл у водоноса kl 3 месяца 4 дня, а затем был возвращен в стойло, т. е. к хозяину. Несмотря на то, что срок аренды превысил 3 месяца, а арендная плата - цену животного, собственник вовсе не потерял прав на него.

Собственность мастеров не была просто личной собственностью. Использование в качестве орудия эксплуатации обнажает ее природу как собственности частной. Мастера, будучи сами непосредственными производителями материальных и духовных благ, по отношению к нанимавшим у них скот людям-smdt, находившимся в большей зависимости, выступают в качестве эксплуататоров как в системе царского хозяйства, так и вне этой системы в условиях частнособственнических отношений, при этом в первом случае эксплуатация носит характер коллективный и внеэкономический, во втором — индивидуальный, вполне экономический.


„Рабы“ и ,,Рабыни“ – ḥmwt

Они многократно упоминаются в административных документах, сообщающих о выдачах зерна, выпечных изделий и воды работникам некрополя.
Из этих документов видно, что ,,рабыни были прикреплены к отдельным «половинам» подразделения. Поименно они: названы только в двух документах.

В 66 году правления (Рамесеса II) доверенные лица высшего сановника урегулировали некий спор относительно «рабынь».
Число рабынь в подобных текстах обычно не указано, так что трудно определить, насколько велики были эти поставки.
Но все же из документов ясно, во-первых, что рабыни были царской собственностью и, во-вторых, что они получали гораздо меньшее довольствие, чем мастера. Общее число рабынь изредка все же указывается в. текстах, но значительная часть этих источников пока еще не издана.

Никаких прямых сведений о роде работы рабынь пока не известно. Я.Черны предполагает, что они размалывали пайковое зерно для мастеров, работая для каждого мастера в определенные дни. Так, в одном из текстов назван «день рабыни, который дан фараоном»  одному из работников. В другом тексте начала XX династии сообщается, что рабыни кормили их.

Менее правдоподобным выглядит другое предположение Я. Черны относительно рабынь. Он считает, что рабыни, вероятно, были замужем за рабами, подведомственными другой ветви администрации и получавшими довольствие для себя и своих детей. Для такого предположения нет документальных оснований и, несмотря на наличие многих десятков  сведений о самих рабынях, нет ни одного упоминания их детей, которые должны были бы находиться при матерях.

К такому же заключению нас приводят и сведения об источниках поступления рабынь в службу некрополя.
Одна такая рабыня в 19 году царствования Рамесеса XI находилась в собственности войскового писца Хора, который получил ее по наследству от отца Эфнамуна, работавшего в службе царского некрополя.

Уже после смерти Эфнамун был обвинен в участии в грабежах гробниц. Согласно приговору, в виде наказания Эфнамуна за преступление рабыня была отчуждена в пользу государства и передана в службу некрополя.

Другой текст представляет собой письмо, которое военачальник Пионх в 29 году царствования Рамесеса XI послал в службу некрополя в качестве сопроводительного письма к пяти захваченным в Куше пленницам.

Военачальник писал: «Далее речь об этих пяти рабынях - bʾkj(t), которых я даю вам иметь их всем — от руководителей - ḥwtjw до людей подразделения всего».

Поскольку все пленники, захваченные в походе, считались царскими и только царем могли быть переданы кому-то в собственность, постольку остается заключить, что царский военачальник посылает царских рабынь - bʾkj(t) в одно из учреждений царского хозяйства и предоставляет работникам этого учреждения право коллективного владения ими. Как мы видим, эти рабыни не были связаны с людьми из других учреждений или служб.

Рабы  ( ḥmw= bʾkw ), находившиеся в частной собственности, настолько многократно упоминаются в текстах из Дёр эль-Медина, что нуждаются в особом исследовании.
Пока же отмечу, что у начальника подразделения Нефрхотепа в третьей четверти правления XIX династии было не менее пяти рабов , в том числе и доморощенных.

Горожанка Манефре в годы правления Рамесеса II передала во владение своему сыну, резчику рельефов Кену семь взрослых рабов и трех их детей, находящихся как в пределах столицы, так и вне ее.
Отдельных рабов имели царский писец Рамосе, Усрмаранахт, работавший в первой трети правления Рамесеса III , горожанка Эренефре в 15—16 годах Рамесеса II  и др.

В распоряжении своими рабами собственник был совершенно независим и мог передать их по наследству, например, своей бездетной второй жене, отказав ей помимо полагающейся 1/з свои 2/3 нажитого с ней имущества (в том числе и рабов) в ущерб детям от первого брака, получившим в наследство только то имущество, которое отец нажил в браке с первой женой, и приданое первой жены (время правления Рамесеса XI).

Частных рабов покупали, продавали, дарили, передавали по завещанию, причем делали это простые рядовые ремесленники. Очевидно, в количественном объеме рабство довольно широко распространилось в это время в египетском обществе.

Другое дело - насколько оно проникло в собственно сферу производственных отношений и способствовало созданию системы рабовладельческих отношений.

Несмотря на наличие частных рабов, мастера никогда не заставляли их выполнять свою работу в некрополе, оставаясь сами непосредственными производителями материальных и духовных ценностей. Даже в тех случаях, когда такие рабовладельцы прямо использовали своих рабов как объект эксплуатации в области непосредственного производства материальных ценностей, это были временные явления, не приводившие к сложению рабовладельческих отношений как системы.

Только в одном случае мы видим, что «раба» использовали в качестве землепашца писца некрополя Рамосе на собственных пашнях Рамосе. Обычно же рабы выступают в качестве домашних слуг и предмета забот хозяина.

Однако для этого, разумеется, достаточно было 1—2 рабов, а не 10 рабов резчика рельефов Кена; последние, кстати, находились не только в Городе (т. е. в Уисе), но и вне его, и, следовательно, не могли быть домашними слугами Кена.

Как уже было отмечено выше, в виде наказания за грабежи некрополя у сына одного из служащих Запада Города в 1 году «Повторения Рождения» (= 19 год царствования Рамесеса XI) была конфискована и передана в службу царской гробницы рабыня Боке.

Иначе говоря, частные рабы могли быть отчуждены в пользу государства только в случае установления судом факта уголовного преступления их хозяина и решения о конфискации его собственности. Конфискацией рабов в пользу государства каралось и лжесвидетельство.

В качестве рабов в текстах иногда выступают иноземцы, например, ханаанейская девочка и эфиопка.
Таким образом, мастера царского некрополя, которые принадлежали к общеегипетскому «сословию» ремесленников и художников (непосредственных производителей материальных и духовных благ) и жили в основном трудом своих рук, использовали свою частную собственность как орудие эксплуатации для присвоения экономическим путем (через аренду скота) части прибавочного продукта относительно более зависимых людей.

Путем внеэкономической эксплуатации (через систему царского хозяйства на правах совладельцев) мастера присваивали труд царских рабынь. Наконец, с помощью внеэкономической же эксплуатации, но уже на правах собственников, они присваивали труд своих рабов.

При всем том, сами мастера не были вполне свободными людьми (они могли быть переведены в число людей - smdt при очередной проверке штата учреждения, в котором служили; на месте основного производства они работали царскими орудиями труда; они были прикреплены к месту работы и не могли покинуть его, но по усмотрению царской администрации могли быть переведены в другое место и на другую службу и так далее); просто они были менее лично зависимы, чем люди - smdt, а люди - smdt - менее зависимы, чем рабы.

То, что царь давал мастеру жилье, пищу, одежду, орудия труда,— знаковая функция его прав собственника. Благодаря этим актам царь приобретал право на труд, на рабочее время человека, который попадал в состояние зависимости от царя. Когда ремесленник или художник трудился в нерабочее время, своими руками и орудиями труда, то плоды его труда становились его, а не царской собственностью, и могли быть проданы (и продавались) на рынке.

Для того чтобы во времена Нового царства продукт поступил в частную (хотя и неполную) собственность, было необходимо, во-первых, чтобы он был сделан собственными орудиями труда производителя; во-вторых, в то время, которое не принадлежало царю; в-третьих, своими руками; в-четвертых, из собственного сырья. Если этот продукт являлся постройкой, то было необходимо, в-пятых, чтобы он находился на земле производителя.

Такое скрупулезное определение условий на право частной собственности показывает, что со времен Старого царства египетское общество прошло большой и тяжкий путь борьбы со стремлением государства поглотить частную собственность и детально разработало возможности практического устранения царя от объекта частной собственности.

Неотчуждаемость частной собственности и неограниченность прав собственника в распоряжении ею получили недвусмысленное правовое оформление.

Введение человека в состав подразделения царских работников (и, следовательно, в число мастеров) сопровождалось предоставлением ему дома в поселке, хижины в Долине царей, беседки (?)-ḫnw, гробницы и, вероятно, кладовой или, по крайней мере, предоставлением места на царской земле для этих построек.
Это постоянное неделимое совокупное владение не следует смешивать с предметами разового пользования - орудиями труда, на владение которыми мастера не имели прав. Главное средство установления зависимости - право не только собственности, но и владения и распоряжения орудиями труда - государство оставляло за собой.

Отсутствие такой собственности, которая могла бы быть превращена в средство эксплуатации, и права владения государственной собственностью людей - smdt показывает нам одну из сторон в различии их уровня зависимости по сравнению с мастерами. Чем менее лично зависимы члены определенного общественного слоя от государства, тем больше государству приходится давать им во владение, чтобы связать их с государством и оставить в отношения зависимого труда.




1  Р. Salt 124 го 2,8—19, 13 (Allam, Cerny, Ostraka und Papyri, табл. 84; Cerny, Papyrus Salt 124, табл. XLIV).

2  О. ВМ 5631 го 3—16 ([S. В i г с h], Inscriptions in the Hieratic and Demotic . Character  from the Collections of the British Museum, L., 1868, табл. XVIII; Cerny, Gardiner, Hieratic Ostraca, Ⅰ, табл. LXXXVIII). Cp. A llam, Verfahrensrecht..., стр. 103.


3  О. Nash 2 vo 15—19 (Cerny, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. XLVII,1).


4  O. Gardiner 23, 6—7 (Cerny, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. XLIII,4).

5  Gp. J. Cerny, Quelques ostraca hieratiques inedits de Thebes au Musee du Caire, ASAE, 27, 1927, стр. 194, прим. 4; он же, Papyrus Salt 124, стр. 250, прим. 47; Allam, Ostraka und Papyri, стр. 279, прим. 18 (на основании сопоставления О. ВМ 5624 vo 3,6 и Р. Berlin 10496 vo 8—9, где, однако, вовсе не сказано, что ḫnw это mʿhʿt).

6  Cp. Wb. Ⅲ, стр. 288, 12—15.


7  Cp. Н е l с k, Materialien..., Ⅲ, стр. 343; W. Spiegelberg, Rechnungen aus der Zeit Setis I (circa 1350 v. Chr.), Strassburg, 1896, стр. 57—58.


8  Janssen, Pestman, Burial and Inheritance..., стр. 161 сл.


9  P. Bulaq X vo 14—15 (Janssen, Pestman, Burial and Inheritance..., табл. Ⅱ).


10  О. Gardiner 166 rо 1—2; О. ВМ 5637 vo 4—5 (Аllam, Cerny, Ostraka und Papyri, табл. 46; Birch, Inscriptions, табл. XV; Blackman, Oracles..., табл. XXXVII, XLII).


11  O. Gardiner 103 ro 8 (С e r n y, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. XLII,2).


12  O. CM 25521 ro 14 (C e r n y, Ostraca hieratiques, табл. XV, 23 *).


13  См. 0. Aberdeen 1317 ro 1, vo 2 (Cerny, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. LX I, 2) .

14    Для генеалогии рисовальщика Мисахме см. Graffito, 466, 711b; О. Chicago 12074 го 1 (VV. Spiegelberg, Agyptische und andere Graffiti (Inschriften and Zeichnungen) aus der thebanischen Necropolis, Heidelberg, 1921, стр. 40, 56—57; С e r n у, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. LXXVIII); Br uyere, Rapport (1934—35), 3, стр. 248—249, рис. 127.


15  О. BM 5625 ro 1 — vo 5 (В i г с h, Inscriptions..., табл. XII; Blackman, Oracles..., табл. XXXV—XXXVI, XLI).

16  Там же, vo 6—7.

17  Р. Bulaq X vo 14—15 (Janssen, Pestman, Burial and Inheritance..., табл. II).

18  О. BM 5637 vo 4—5; P. Berlin 10496 vo 9; P. Salt 124 vo 1,13—14 (Blackman, Oracles..., табл. XXXVII, XLII; All am, Cerny, Ostraka und Papyri, табл. 82— 83, 85; Cerny, Papyrus Salt 124, табл. XLV).

19  P. Bulaq X vo 4 (J a n s s e n, Pestman, Burial and Inheritance..., табл. II).

20  Janssen, Pestman, там же, стр. 153 сл.; J. Сerny, A Stone with an Appeal to the Finder, АО VI, 1967, 1, стр. 47—60.

21  О. CM 25539 col. I 1, 6—9.(Cerny, Ostraca hieratiques, табл. XXIV, 35*).

22  О. CM 25539 col. I 1, 6—9.(Cerny, Ostraca hieratiques, табл. XXIV, 35*).

23  О. Petrie 5 ro 5; 0. CM 25511 ro 3-5, 12-13; 25516 ro 1-2, 7-8, 15, 19, 23, vo 1; 25536 vo 1-2; 25539 col. I 1, 6-9, col. II 1,3,5; 25540, 1; 25541,1, 6, 11; 25542 ro 1, 3, 6, 8, vo 1 col. I 21; col. II 22; 25543^vo 2, 6, 11, 14; 25544,1; 25547 ro 2; 25636,4; 25798 ro 1—2; 25813, 1—2; 25818, 1—2, 4 (С e г n y, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. XXXV, 3; Cerny, Ostraca hieratiques, табл. 8*; 13* — 14*; XXIII, 33*; XXIV, 35 *; 36 *; 37 * — 38 *; 40 *; 41 *; LXI, 66 *; CIX, 114 *; CXIV, 116 *; CXIV, 118*).

24  O. CM 25521 ro 12a — 22; 25828, 1 (Cerny, Ostraca hieratiques, табл. XV, 23 *; CXVIII, 119*).

25  O. Petrie 61 ro 1 — vo 3 (Cerny, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл, XXIII, 4); о юридическом статусе женщин см. также Sch. А 1 1 a m, Zur Stellung der Frau im alten Agypten in der Zeit des Neuen Reiches, 16.—10. Jhr. v.u.Z., BiOr, XXVI, 1969, 3—4, стр. 155—159; A. Theodorides, La repudiation de la femme en Egypte et dans les droits orientaux anciens, BSFE, 47, 1966, стр. 6—19.


26  O. Louvre E 13156, 1—3; 0. Berlin 10637 ro 5—6 (E. L e d г a i n, Les monuments- egyptiens de la Bibliotheque Nationale (cabinet des medailles antiques), I, P.. 1879, табл. 5; Allam, Cerny, Ostraka und Papyri, табл. 61; Hieratische Papyrus aus den koniglichen Museen zu Berlin, III, Lpz, 1911, табл. XXXIII).


27  О. DM 112 vo 3—4, 8; 586, 3—4, 6 (С e r n y, Ostraca non litt., 1, табл. 62; S a u n e г о n, Ostraca non litt., табл. 19).


28  О. Ashm. Mus. 1945.39 ro 22—24 (Cerny, Gardiner, Hieratic Ostraca, I, табл. LX II, 1).

 

  1 2 3 4 5 6 7 8 9 10  

Родственные ссылки
» Другие статьи раздела Общественное устройство и суды
» Эта статья от пользователя admin

5 cамых читаемых статей из раздела Общественное устройство и суды:
» СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 2
» СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 1

5 последних статей раздела Общественное устройство и суды:
» СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 2
» СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 1

¤ Перевести статью в страницу для печати
¤ Послать эту cтатью другу


MenshovArticle 0.6.2 модуль создан по заказу сайта Арт Стекло

ПОИСК ПО САЙТУ

Новые публикации
 · ВАВИЛОНСКИЕ ЛЕКАРИ 1 ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ ДО н.э ( 24.5.18)
 · Зачатки искусства в Египте.Тинисское искусство. ( 21.5.18)
 · Саркофаги ⅩⅤⅠⅠ - ⅩⅩⅡ династий. ( 3.2.18)
 · Металлургия в Древнем Египте. Часть 2 ( 28.1.18)
 · ПОЛОЖЕНИЕ НЕЗАМУЖНЕЙ ЖЕНЩИНЫ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ ( 8.1.18)
 · Культ кошек в Древнем Египте ( 6.2.17)
 · Храмовое строительство в эпоху ранней Республики в Древнем Риме. ( 15.5.16)
 · Особенности медицины и стоматологии в Древнем Египте. ( 25.4.16)
 · КОРОНАЦИИ ХАТШЕПСУТ И ТУТМОСА ТРЕТЬЕГО. АНАЛИЗ ПОЛИТИЧЕСКОГО МИФА ( 4.10.15)
 · ГРЕЧЕСКИЙ КЕРАМИЧЕСКИЙ ИМПОРТ VI в. ДО н.э. В ГИЗЕ ( 29.8.15)
 · Металлургия в Древнем Египте. Часть 1 ( 21.8.15)
 · ТРАКТИРЫ (ТАВЕРНЫ) В ДРЕВНЕМ МИРЕ. Часть 2 ( 18.8.15)
 · СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 2 ( 14.8.15)
 · ТРАКТИРЫ (ТАВЕРНЫ) В ДРЕВНЕМ МИРЕ. Часть 1 ( 13.8.15)
 · СОБСТВЕННОСТЬ И ДОЛЖНОСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ В ДРЕВНЕМ ЕГИПТЕ. Часть 1 ( 10.8.15)